Иван Шихалев (iwsrus) wrote,
Иван Шихалев
iwsrus

И об цопирайт...

Вентиляторные бои тяжеловесов русской фантастики, кажись, немного поутихли, можно чего-нибудь и обдумать...

Вообще, я считаю, что автор вправе распоряжаться результатом своего творчества. Правда, в отличие от сторонников цопирайта, не могу из этой фразы выбросить ни слово «автор», ни слово «своего». И есть еще один момент, который с необходимостью подразумевается, но почему-то многими напрочь игнорируется: кроме прав, свобод и прочего, человек также ограничен объективными законами действительности. Если у вас есть живой баран, вы можете его зарезать и получить тушу баранины. Но если у вас есть туша, живого барана вы не получите — и не потому, что законодательство не догоняет новейшие американские разработки, и не из-за злобных пиратов, а в соответствии с объективными законами природы. Так вот, опубликованное произведение нельзя сделать неопубликованным, тут работают, конечно, не биологические механизмы, а социальные, но они столь же реальны. И возможности автора что-то сделать с опубликованным произведением так же объективно ограничены.

Далее. Цопирайт вполне себе был работающим механизмом, пока для тиражирования требовались организация и производственные мощности. И он никогда не мог сколь-нибудь эффективно проконтролировать любое копирование, например, переписывание от руки. Причем тут еще интересное разделение на коммерческое и некоммерческое использование — и в общественной оценке, и в возможностях контроля — по очевидным причинам государственные машины заточены на то, чтобы коммерческая деятельность была государству прозрачна и подконтрольна, тогда как регулировать то, что профита не несет, рвутся (рвались?) далеко не все — собственно, контроль некоммерческой деятельности (за исключением, естественно, прямых угроз самому государству и общественному порядку) до недавнего времени считался одним из определяющих признаков тоталитаризма. Так вот, поскольку тиражирование требовало существенных затрат, оно не могло быть иначе как коммерческим, и цопирайт работал.

И вот внезапно случился технический прогресс, и выяснилось, что тексты копируются. Без специального (т.е. мало кому доступного) оборудования, мгновенно и бесплатно. Конечно, копируются так не только тексты, но об этом позже. При этом коммерческое использование и тиражирование чужой «интеллектуальной собственности» государством давится достаточно легко, было бы желание — любое предприятие вообще-то отчитывается о том, какая деятельность чего ему принесла, и эта система en masse вполне работает. Но абсолютная доступность копирования породила массовое некоммерческое распространение, чтобы сколько-то притормозить которое потребуется самый что ни на есть тоталитаризм, причем не по сталинским рецептам, а по литературным — из «Мы», «1984», вот это всё... Нужно контролировать личную жизнь так же плотно, как коммерческую, и даже еще плотнее — поскольку в последней достаточно видеть финансовые потоки, а здесь — любые информационные. Да и справится ли «большой брат»? Честно говоря, сомневаюсь — вода дырочку найдет.

Что касается «защиты от копирования» техническими средствами, это к ученицам гуманитарных классов коррекционной школы, ну или к той разновидности маркетологов, для которой отсутствие мозга является необходимым критерием профпригодности.

Теперь вернемся от высоких технологий к нашим баранам, т.е. к сторонам конфликта. Это только на первый взгляд кажется, что сторон тут две, и это — правообладатели vs. ператы+халявщики. Т.е., конечно, обе этих позиции имеют место быть, но вот с какой стати их проблемы должны интересовать кого-то еще — совершенно непонятно. На самом деле, стороны, чьи интересы должны быть учтены, другие — это: а) авторы, поскольку именно они создают некие ценности («ценности» тут достаточно условное понятие, постольку, поскольку их кто-то таковыми готов считать); б) покупатели, поскольку они вносят в отрасль «всеобщий эквивалент», сиречь деньги; и в) третьи лица, чьи законные интересы не должны пострадать в результате «побочных эффектов» принимаемых решений.

Поясню по третьему пункту: человек может не читать никаких пейсателей и прочую совесть макулатуры, но в дивном новом мире победившего цопирайта весь его входящий трафик будет отслеживаться, чтобы гарантировать, что он их не читает, и весь исходящий — что не распространяет. Это и есть нарушение его естественных прав. В реальном мире пока до такого не дошло, но «закон о блокировках», разрешающий внесудебную цензуру интернета — точно такое же нарушение. Самое интересное, что здесь пострадавших непричастных куда больше, чем правоторговцев и ператов вместе взятых.

Теперь к покупателям-потребителям — за свои деньги они, во-первых, хотят пользоваться всеми благами цивилизации, во-вторых, не хотят переплачивать за бумагу. Точнее, хотят платить за бумагу, если им нужна бумага, а не только текст. Иными словами, им нужен файл, причем непривязанный к устройству. Но файл — сущность нематериальная, соответсвенно, рассматривать его надо не как товар, а как услугу. А какая главная характеристика услуги? Уже оказанная услуга ничего не стоит. Да-да. Рыночная стоимость файла с текстом равна стоимости копирования, т.е. ноль. И это верно для любой услуги. Но тем не менее сфера услуг существует, причем давно, и как-то системному кризису не особо подвержена. А все просто: услуга продается до того, как оказана. Это необязательно означает, что и оплата производится до, достаточно принятого обязательства оплаты. Что это означает в нашем случае? То, что оплата должна взиматься, когда файла с текстом еще нет. Вообще, т.е. в пределах теоретической досягаемости потребителя — нет. А теоретическая досягаемость определяется техническими возможностями... Итак, нам надо продавать через интернет файл, которого в интернете нет. Не который мы пытаемся оттуда удалить, поскольку удалить что-то из интернета нереально, а которого нет. ИЧСХ, эта модель вполне работает и называется мудреным буржуйским словом краудфандинг. Или простым русским — подписка. В узком смысле эти термины немного различаются, но в широком (и с точки зрения экономической модели) — одно и то же.

На этом месте обычно возникает два возражения, и оба пустые. Первое — конечно, хорошо краудфандить, если ты Перумов, и тебя все знают, а армия фанатов ждет новой книги, а каково новичкам без раскрутки? Ответ прост: новичкам так же, как и по старинке. Никакое издательство не заплатит новичку столько, сколько стоят трудозатраты на написание книги, и не будет вкладывать бешеные бабки в раскрутку новичка. Начальный выход к читателю новичку в любом случае не принесет денег, будь то через халявную сетевую библиотеку, или через издательство.

Второе возражение применимо уже не только к новичкам: а чего это автор будет заниматься продажами, рекламой и прочей не имеющей отношения к творчеству хренью — его дело писать. Ну да, более того, я вполне понимаю писателя, который не хочет никак менять свою деятельность, поскольку результат его работы — текст, который собственно такой же текст, как и во времена Гуттенберга, поменялись только носители. Но нельзя понять и принять аналогичную позицию издателя, результатом работы которого является уже не текст, а услуга по его донесению до потребителя, в качестве которой изменившиеся носители играют ключевую роль. Это как почтовая служба, которая во времена реактивных самолетов строит бизнес на ямщиках. «Почте России» можно, у них монополия, но издательства-то вроде не монополисты пока. Вообще, бизнес — штука такая: или ты делаешь что-то, что пользуется платежеспособным спросом, или нахуй с пляжа. Ну, или имей честность признаться, что ты не бизнесом занимаешься, а социалистическим паразитизмом.

Так вот. Да, сбором денег, презентациями, рекламой и проч. должны заниматься не авторы, а издательства. Да, в стоимость книги входит не только сырой текст, но и корректура, редактура, иллюстрации и верстка, но в чем проблема заложить их стоимость в краудфандинг? И, кстати, возвращаясь к начинающим, — никто не помешает такому «издательству нового типа» заниматься и раскруткой перспективного новичка, опираясь на свою — издательскую — репутацию.

Отдельный вопрос, будут ли такие организации похожи на издательства — со штатом сотрудников, вложениями в торговую марку и т.д., или скорее на агентства, с привлечением тех же корректоров и редакторов не из штата, а «на проект». Впрочем, рынок разберется, да и скорее всего, обе формы жизнеспособны.

Что же касается бумажной книги, ее как раньше покупали для украшения полок, так и будут покупать. Можно сразу относить к сувенирной продукции. Вымрут только дешевые одноразовые издания на серой бумаге, да и хрен с ними.

Примерно те же соображения применимы и к другим видам творчества, где автор — конкретный человек, или небольшой коллектив. Т.е. в первую очередь — к музыке. Причем в этой области краудфандинг практически уже стал мейнстримом. Впрочем, музыкантам полегче — привычней делать шоу, а шоу для краудфандинга полезно. Сложнее с фильмами, впрочем, нет оснований полагать, что схема «краудфандинг+кинотеатры» окажется менее выгодной, чем действующая «кинотеатры+суды»...

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments